Читаем без скачивания Изгой: Шаги сквозь Тьму [СИ] - Анатолий Радов

Вроде было ещё около сотни раненых со всего легвона, узнав об этом, мы рванули к госпиталю, но нас не пустили. Сказали — пока никаких посещений.

— Что парни, поплелись? — выдохнул Линк, медленно поднявшись. Лицо его было теперь чистым, а когда мы спустились сюда с холма, у каждого из нас вместо лиц были засохшие кровавые маски, и нам пришлось здорово постараться, чтобы смыть эту мерзость.

Я встал на ноги, подёргал рукой. Вроде рана не открылась. Линк убеждал обратиться к целителям, а я, помню, зло накричал на него, вот только не помню — что. Раны неглубокие, на ноге так и вообще как будто перочинным ножичком ковырнули — стыдно, в общем, обращаться, когда там сотня изувеченных парней. У кого-то распорот живот, кого-то обожгло плетениями Тьмы, кому-то оторвало ими ногу или руку. Я сам видел на поле боя одного из таких легвонеров. У него не было обеих ног, но он полз вперёд, стискивая рукоять боевого ножа. Эта картинка всплыла уже там, возле госпиталя и мне на секунду стало до безумия страшно — а сколько ещё таких картинок всплывёт в моём мозгу, от скольких подобных эпизодов я ещё проснусь в холодном поту посреди спокойной мирной ночи?

Мы нестройной группкой двинулись к штабной стоянке. Шесть огромных палаток, цвет обычный, как и у гуртовых. Это там, в Шане, их палатки пестрели яркими цветами, а здесь эти штабные боялись, чтобы тавманты или керы не определили куда им правильнее кидать «взрывы». Я хохотнул.

— Ты чего? — спросил Линк, и мне снова пришлось ответить, что всё нормально. Там на поле, когда двенадцатый шёл по мёртвым я вроде бы хохотал, как обезумевший. И он теперь волнуется за мою психику.

— Да всё нормально, — повторил я ещё раз. — Не переживай, Линк, так просто с ума я не сойду.

Улыбнувшись, подмигнул ему и ускорил шаг.

Возле стоянки нас уже ждали двое адьютов, они очень учтиво поприветствовали каждого и повели к высокой палатке, стоящей в самом центре. Линк принялся хмуро разглядывать свой плащ. Морды мы, конечно, отдраили, а вот шмотки… если судить по ним, то по нам проехал, как минимум, лёгкий танк.

В палатке было четыре храмовника — трое военные, один вроде викариус. Военные — штабные арх-леги, викариус тоже не из простых, по одеянию — не ниже предлега.

— Приветствую вас легвонеры, — пафосно начал один из военных, по-идиотски изобразив на лице скорбь. Знал бы он, как нам наплевать на все его эти изображения. — Вы сражались доблестно, проявив небывалую отвагу, поэтому для вас… он сделал паузу, кивнул одобрительно и продолжил, — Эта война окончена. Поздравляю.

Лёгкий взмах рукой, и один из приведших нас сюда адьютов подошёл к нему, держа в руках серебряный поднос, на котором лежало девять бумажных свитков. Семь перевязаны простенькими серыми тесёмками, пара красными.

— Это ваши грамоты, — он взял свиток с красной тесёмкой и подошёл к нашему короткому строю. — Жант первого гурта тринадцатого легвона, ваша грамота.

Здоровяк схватил как-то неловко, замешкался, и переложив свиток в другую руку, отдал честь, ударив кулаком по левому плечу.

— Предоставив эту грамоту Военному Совету в Шане, вы получите пятьсот золотых, а также золотую ветвь Руйса. Поздравляю.

Арх-лег сделал шаг в сторону.

— Жант первого гурта тринадцатого легвона, ваша грамота.

Я сразу взял свиток в левую, без каких-либо эмоций ударил правым кулаком по плечу и сунул бумагу в карман дублеты.

— Предоставив эту грамоту Военному Совету в Шане, вы получите пятьсот золотых, а также золотую ветвь Руйса. Поздравляю, — слово в слово повторил награждающий и перешёл к следующему легвонеру.

Остальные парни получили серебряные ветви и те же стандартные золотые. Выгодно, — мелькнуло в мозгу. — Четыре с половиной тысячи на весь гурт.

Едва сдержав ухмылку, я вдруг вспомнил о Ниго.

— У меня просьба, мин арх-лег, — чеканя слова, проговорил я, когда тот закончил раздавать «плюшки».

— Да?

— В нашем гурте есть парень, зовут Ниго. Во время ночного налёта тавмант он был укушен одной из них и теперь находится в госпитале. Не могли бы вы сделать так, чтобы и для него война закончилась? Не нужно ему видеть всего этого.

Арх-лег посмотрел на меня, вскинул брови.

— Если он не участвовал в сегодняшнем бою…

— Он участвовал в схватке по дороге к лимесу, — с идиотским, и оттого невинным видом перебил я, — Где был в первых рядах и проявил себя геройски. Также во время налёта он добил, как минимум, три твари, это что я видел сам. Одною из этих тварей он и был укушен, но не покинул поле сражения, а остался и добил ещё две твари, — подумаешь конкретно приврал, да чихать. — Думаю, он заслужил грамоту, — закончил я речь.

Арх-лег бросил взгляд на викариуса, и тот, к моему удивлению, едва заметно кивнул. Хм. Понятное дело, теперь они хотят показаться белыми и пушистыми… Да и хрен с ними. Главное, уберечь от этого ада хотя бы одного. Хватит, и так погибло слишком много. До безумия много.

— Хорошо, — без особой охоты согласился штабной арх-лег. — Сегодня к вечеру мы выпишем десятую грамоту. Ещё раз поздравляю, легвонеры. Можете идти.

Мы разом, с каменными лицами отдали честь. Не этим, стоящим перед нами, а Лостаду, который убит слотами, Сервию Гальбе, павшему в схватке с аземами, всему нашему легвону, и развернувшись, двинулись к выходу.

— Кстати, Ант… — секундная пауза. — Задержитесь на минуточку, — раздался за спиной хрипловатый низкий голос, и я, остановившись, развернулся.

— Слушаю, мин викариус — выдохнул по «форме» и тупо уставился на окликнувшего меня служителя Храма Семи Дорог.

— Я по поводу вашего клейма, — викариус улыбнулся. — Не забудьте навестить в Шане резиденцию Высших. Там с вас снимут клеймо, и вы станете свободным. Думаю, для вас это важно. А теперь ступайте.

Небрежный жест, он повернулся и заговорил с одним из арх-легов с таким видом, словно меня больше для него не существовало. Впрочем, и чревл с ним.

Я развернулся, широким шагов вышел из палатки и тут же попал прямо в объятия здоровяка.

— Ант, мы сделали это, — зазвучал где-то возле уха его голос. — Риттер, золотая ветвь, вдобавок жант. Я прыгнул выше себя, — Линк рассмеялся.

— Дружище, отпусти. Раздавишь же, — как можно добродушней просипел я, пытаясь вырваться из тисков. — В тебе ж силы немеряно.

— А, да, извини, — здоровяк разжал ручища и отступил на шаг, продолжая улыбаться во весь рот. — Мы сделали это, — повторил он, заглядывая мне в глаза.

— Да, Линк, сделали, — кивнул я и улыбнулся в ответ. Потом перевёл взгляд на легвонеров. — В Шане гудим три дня, — снова посмотрел на здоровяка. — А ты будешь квас пить, это приказ.